Об этом он заявил на организованной им пресс-конференции.

Речь идёт о трагедии, которая произошла 4 августа 2023 года на водохранилище Донгелек в охотрыбхозяйстве ТОО «Квант». В тот день вечером 31-летний егерь Эдуард Победимов выехал на катере к точке в трёх километрах от базы. В 22:00 он сообщил напарнику, что катер заглох и ему нужна помощь, затем позвонил супруге и другу — после этого связь оборвалась. На воде остался только катер.

Его тело обнаружили утром 6 августа, спустя полтора суток. Из воды его подняли водолазы, после осмотра полиция направила тело в Уральск на экспертизу. 7 августа судмедэксперт Марат Жонысов приступил к проведению экспертизы. В своём заключении эксперт Жонысов написал, что на трупе телесных повреждений не обнаружено.

С этим заключением не согласился отец погибшего — Алексей Победимов. Он видел на теле сына повреждения, когда его извлекли из воды. Отец добился проведения повторной комплексной экспертизы, которую проводили эксперты из Астаны после эксгумации тела. Повторная экспертиза установила множественные повреждения, среди которых девять переломов рёбер, перелом большого пальца левой руки и ссадина в подбородочной области.

Эти обстоятельства послужили поводом для возбуждения уголовного дела, которое рассматривалось в Уральском городском суде. 23 апреля 2026 года суд признал судмедэксперта Марата Жонысова виновным по статье 420 УК РК «Заведомо ложное заключение эксперта» и приговорил его к 3 годам 2 месяцам и 12 дням ограничения свободы.

С этим приговором Жонысов и его адвокаты не согласились и подали апелляционную жалобу в областной суд. Рассмотрение назначено на 24 июня 2026 года. За неделю до рассмотрения жалобы — 17 июня — Марат Жонысов организовал пресс-конференцию, на которой выступили его адвокаты и коллеги-судмедэксперты. Во время своей речи, отвечая на вопросы журналистов, Марат Жонысов заявил, что считает себя невиновным и должен быть полностью оправдан.

Инициировал пресс-конференцию сам Марат Жонысов, об этом он сказал в своей вступительной речи и добавил, что на него оказали сильное воздействие комментарии в социальных сетях, где его работу как судмедэксперта комментировали люди, далекие от экспертизы.

— Вы на процессах были, на которых меня судили по «420-й статье», и в СМИ вы писали, — обратился Жонысов к журналистам. — Я тоже читал комментарии: незнающие люди, не знающие нашу службу, откликались на эти комментарии, и это оказало сильное воздействие не только на меня, но и на суд и общественность. Люди не знают, кто я, и начинают комментировать всякое, поэтому я организовал эту пресс-конференцию, чтобы ответить на все ваши вопросы и поставить точку. Я это делаю впервые, я интервью не давал, меня и не просили. В основном в СМИ были публикации со стороны отца погибшего — Победимова. Здесь присутствуют адвокаты и эксперты с большим опытом, которые со мной вместе работают. Они все вам расскажут, и я в том числе, — сказал Марат Жонысов в своей вступительной речи.

Затем слово взял адвокат Жонысова — Адильбек Кисамбаев. В начале своей речи защитник Жонысова сказал, что встретиться с журналистами они решили для того, чтобы довести свою позицию, так как, по его словам, в течение 2–3 лет информация по этому делу преподносится однобоко — только со стороны отца погибшего — Алексея Победимова.

— Наше совместное присутствие, адвокатов с экспертами, связано с привлечением Марата Сабитовича к уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Это касается не только одного Жонысова. В принципе, такого прецедента еще в следственно-судебной практике нашей страны не было, когда эксперт был привлечен к уголовной ответственности за дачу заведомо ложного показания при изложенных в уголовном деле обстоятельствах. По причине того, чтобы в дальнейшем эта проблема не могла коснуться других экспертов, когда без установления причин расхождения первичной и комиссионной экспертиз был сделан вывод о ложности первичной экспертизы, — сказал Кисамбаев.

По словам адвоката, для доказательства «заведомой ложности» следствие обязано было получить официальную рецензию на работу Жонысова, которая бы зафиксировала нарушения. Досудебное расследование инициировало эту процедуру, но так и не довело её до конца, поэтому рецензия в материалах дела отсутствует. Кроме этого, противоречия между первичной и комиссионной экспертизами по закону должны устраняться повторным исследованием. Защита на протяжении 2,5 лет подавала ходатайства об этом во все инстанции — от следственного суда до городской и областной прокуратуры, — однако везде получила отказ. Об этой проблеме адвокаты неоднократно заявляли и в суде первой инстанции, заявил адвокат.

Кисамбаев напомнил, с чего началось уголовное дело. В ночь с 4 на 5 августа при неустановленных обстоятельствах пропал егерь Эдуард Победимов. Его тело обнаружили в водоеме только спустя 2,5 суток. Первичную судебно-медицинскую экспертизу проводил Жонысов, который не смог установить точную причину смерти из-за сильного гнилостного разложения трупа. Через два месяца была назначена комиссионная экспертиза с группой экспертов. Адвокат отметил, что они также не смогли определить причину смерти и не опровергли выводы Жонысова. В итоге по основному делу о гибели егеря судили гражданина Мишина, но Уральский городской суд полностью оправдал его за недоказанностью вины. Следствие так и не доказало, находился ли Победимов в катере. По словам адвоката, экспертиза Жонысова никак не повлияла на решение суда, а признать человека виновным без объективных доказательств суд не имел права.

После речи адвоката Кисамбаева журналисты задали Марату Жонысову прямой вопрос: «Как он — эксперт с 40-летним стажем — не увидел сломанный палец на левой руке погибшего Эдуарда Победимова? Это же внешняя рана…».

Жонысов пояснил, что установить повреждения было крайне сложно из-за сильного гнилостного разложения. По его словам, тело погибшего егеря всплыло на третьи сутки и долго находилось на солнце, пока на месте работала полиция.

Ситуацию усугубило и то, что в самом здании судмедэкспертизы на тот момент не работали холодильные агрегаты, что подтверждается актом выполненных работ от приезжавших мастеров из АО «Талап».

По словам осужденного эксперта, в тот день была колоссальная нагрузка.

— Мы работали вдвоем с коллегой, вскрывали девять трупов: я — пять, он — четыре. Напарник был молодым специалистом, только окончил саратовский вуз, постоянно консультировался со мной. Зашли в морг утром, а вышли только после обеда. Чтобы минимизировать запах, такие гнилые трупы мы оставляли напоследок, поэтому сказалась банальная усталость. На сильно разбухшем теле практически невозможно с ходу определить, где следствие гниения, а где прижизненное телесное повреждение, — объяснил Жонысов.

Эксперт также обратил внимание на нарушения при первичном осмотре: на место происшествия не выезжал медицинский специалист, и труп описывал сам следователь, ориентируясь, судя по всему, на слова отца погибшего. Именно из-за совокупности этих факторов Жонысов, по его признанию, мог не заметить травмы.

С вынесенным приговором судмедэксперт категорически не согласен. Он сообщил, что защита уже подала апелляционную жалобу, и добавил: «Я должен быть полностью оправдан».

Второй адвокат Жонысова Тамара Сарсенова заявила, что целью созванной пресс-конференции является не давление на суд, а попытка донести ситуацию до главы государства. По её словам, поводом стало обращение адвокатского сообщества Казахстана к Президенту о необходимости реформ из-за системных незаконных осуждений. На фоне этой инициативы Марат Жонысов, чья апелляция назначена на 24 июня, также рассчитывает на справедливое пересмотрение дела.

Сарсенова настаивает: эксперт не может быть осужден по уголовной статье за то, что не заметил травму из-за сильной усталости и нагрузки.

По словам Сарсеновой, для осуждения по «420-й статье» необходим прямой умысел на дезориентацию следствия или суда. В случае с Жонысовым имела место небрежность, вызванная физическим истощением: в день вскрытия он работал за двоих, параллельно курируя молодого напарника, а само тело поступило в состоянии сильного гнилостного разложения.

Адвокат подчеркнула, что выводы Жонысова никак не повлияли на исход дела обвинявшегося в гибели егеря гражданина Мишина, который в итоге был оправдан. Причину смерти Победимова из-за разложения органов не смогла установить ни первичная, ни последующая комиссионная экспертиза. При этом на момент гибели егерь находился в состоянии тяжелейшего алкогольного опьянения.

Защитник также указала на серьёзный пробел в координации следствия. Цветные фотографии с места обнаружения тела, где были видны раны, в институт судмедэкспертизы Жонысову попросту не передали. Столичные же эксперты, обнаружившие переломы ребер и подъязычной кости спустя три месяца после эксгумации, изначально работали с полным пакетом фотоматериалов и чётко знали, где искать повреждения.

Коллеги Жонысова заявили об огромной системной перегрузке в работе судмедэкспертов и тяжелых условиях работы. Судебный эксперт Бауржан Бисембаев пояснил, что при официальной норме в 10 вскрытий в месяц Жонысов с напарником за один день приняли девять трупов, выполнив полумесячный план из-за хронического дефицита кадров по всей республике.

По словам Бисембаева, сильное гнилостное изменение тела полностью исказило клиническую картину, сделав незаметными некоторые повреждения. Газы раздули ткани, а процессы разложения стремительно ускорились на воздухе за двое суток, прошедших с момента извлечения тела из воды до его поступления в морг. Ситуацию усугубило и отсутствие протокола осмотра места происшествия с фототаблицей.

— На общем гнилостном фоне не увидеть ссадины в конце тяжелого рабочего дня было абсолютно возможно. Более того, переломы ребер находились на спине, под плотным слоем мышц. При этом внутренняя оболочка грудной клетки — плевра — осталась цела, что по многолетней практике исключает явную подвижность костей. На этот дефект изначально не обратили внимания даже столичные эксперты при эксгумации, пока им не подсказал отец погибшего. Жонысов действительно мог не заметить травмы из-за усталости, и на его месте сегодня может оказаться абсолютно любой эксперт в стране, — объяснил Бисембаев.

Третий адвокат Жонысова Таттолий Мурзалиев заявил об отсутствии состава преступления в действиях своего подзащитного и назвал выводы суда исключительно оценочными. По словам защитника, следствие так и не смогло доказать, что подсудимый умышленно проигнорировал травмы на теле погибшего.

Он подчеркнул, что утверждения обвинения о наличии описанных повреждений в первичных документах не соответствуют действительности. На момент начала работы эксперту предоставили только само тело в состоянии глубокого разложения и постановление о назначении экспертизы, в котором не было ни слова о травмах.

— Суд считает, что эксперт должен был заметить эти повреждения, но Жонысов объяснил, почему этого не произошло на гнилом трупе. При этом столичной комиссионной экспертизе позже предоставили полноценные цветные фотографии с места обнаружения тела, которых у Марата Сабитовича изначально не было. «Вина эксперта по 420-й статье Уголовного кодекса не доказана», — заключил адвокат.

Талгат Умаров